Трио из Бельвилля — полнометражный мультипликационный фильм, придуманный французом канадского происхождения Сильвеном Шоме. Фильм был номинирован на «Оскар» за лучший анимационный полнометражный фильм.

Сюжет

Придуманное канадским французом Сильвеном Шоме графическое решение «Трио из Бельвиля» воплотил художник-постановщик Евгений Томов, русский эмигрант, однако фильм больше напоминает не анимацию советской школы, а немые комедии еще одного заграничного артиста русского происхождения — Жака Тати, которому «Трио…» откровенно посвящено. Это почти немой мультфильм: диалогов нет, только к концу действующие лица начинают обмениваться междометиями. Но в основном за них говорят предметы домашнего обихода, поезда и прочая аппаратура — «Трио из Бельвиля» озвучено настоящими бытовыми звуками, подчеркивающими реалистичность вещественного антуража 30-50-х годов. Этот антураж показался режиссеру более живописным, чем современный, и вдохновил его на создание винтажного мульта, который, по его словам, должен был появиться, когда во Франции не было мультфильмов, а значит, и возможности по примеру американцев использовать в анимации образы реальных кинозвезд.

В «Трио из Бельвиля» рисованные звезды 30-х появляются на экране телевизора, который смотрят центральные персонажи — старушка и ее сиротка внук. Позже к ним присоединяется щенок, постепенно жиреющий и в буквальном, и в драматургическом смысле. По-моему, из всех троих героев псу Брюно авторы отпустили больше всего индивидуальности и даже нашли способ углубиться в его психологию. В частности, исследовали его взаимоотношения с поездами, начиная с детства, когда паровоз игрушечной железной дороги прищемил ему хвост, и заканчивая облаиванием из окна проходящих мимо электричек. Показаны даже черно-белые собачьи сны, в которых пес видит себя то машинистом локомотива, а то пассажиром поезда, на которого лают из окна пассажиры.

Если собачья внутренняя жизнь наполнена приключениями, то в жизни бабушки, мадам Сузы, нет ничего, кроме внука, а у него — ничего, кроме велосипеда. Даже человеческого имени нет, а вместо него кличка, описывающая вершину его будущей карьеры,— Чемпион. Из толстого мальчика с треугольным носом вырастает апатичный тормоз, который, однако, способен удивительно быстро крутить педали, если сзади едет бабушка и дудит в свисток. Дизайн велосипедистов отмечен особым ехидством: у них тонкие, вытянутые вопросительными знаками торсы, ниже пояса переходящие в непомерные мышцы бедер, а вместо натруженных икр на каждой ноге художник изобразил по миниатюрной заднице, компенсировав таким образом отсутствие у велосипедиста этой части тела на традиционном месте.

Чуть-чуть не успев выиграть велогонку «Тур де Франс», Чемпион с двумя своими соперниками оказывается похищен бандитами, в некоторых ракурсах напоминающими «Черный квадрат» Малевича. Верные бабушка и пес угоняют водный велосипед и пересекают на нем океан, преследуя корабль с похищенным внуком, идущий в мегаполис Бельвиль. Несмотря на французское название жирная «статуя свободы», приветственно размахивающая гамбургером, выдает в Бельвиле умеренно дружеский шарж на Нью-Йорк, нарисованный на основе элементов Квебека и Монреаля (авторы фильма живут в Канаде). Единственные худые обитательницы страдающего ожирением Бельвиля — сестры-тройняшки, бывшие звезды мюзик-холла, которых мадам Суза с внуком в начале видели по телевизору на пике их славы, в компании с Фредом Астером.

Бельвильское трио держится в форме благодаря диете из лягушек, которых одна из сестер глушит гранатой в промышленных количествах, позволяющих приготовить из них суп, шашлык, леденцы, а сушеных головастиков пустить на поп-корн. «Я стремился сделать гастрономические клише экстремальными»,— сказал режиссер, и в плане анатомических клише тоже проявивший известный экстремизм. Решающую роль играет малозаметный в силу своей реалистичности нос Брюно, который по запаху находит хозяина, проданного в рабство: прикованные цепями к тренажерам велосипедисты соревнуются в подпольных гонках на месте — с натянутым перед ними экраном, на который проецируется изображение уходящей вдаль дороги. Бельвильские сестры, вооруженные спрятанными в носках «лимонками», помогают мадам Сузе отбить внука. Самое смешное: он, кажется, так и не понимает, что произошло, и, глядя в черно-белый экран, как осел на висящую перед носом морковку, буксирует повозку со своими спасительницами подальше от холестеринового Бельвиля.